Граница с Египтом, 2007


Дико сложно писать об армии пользуюсь только русским языком. Но я постараюсь, т.к. мало ли кто читает журнал.

Учения 4 дня в Цэелим.
Стрельбы, в основном стрельбы.
У меня винтовка с оптическим прицелом – А3 (не снайперская – там машштаб другой). Поэтому стрельбы отдельно от всей роты.

Рядом с нами – курс молодого бойца очень странной части. Пехотная часть для охраны границы в тихих местах (Иордания, Египет). Даже не знаю делают ли они курс 07 – атака взводом и ротой.
Но – там бабы и мужики вместе! В одном взводе!
Очень дико выглядит.
Командный состав тоже смешанный.

Бабы большей частью страшные. Служат 3 года, а не как все бабы 2.
Как мужиков уговорили там служить – не знаю, стыдно вроде. Тюрьмой наверное на Бакуме (база призыва) пригрозили.

Впрочем не сомневаюсь что если что ни будут воевать лучше чем наша резервистская часть. И с точки зрения физ. подготовки (они на курсе молодого бойца, а у нас даже раз в год, когда призывают этим не занимаются) и с точки зрения мотивации.

Мне рассказали, что есть резервистские пехотные части очень серьезные – там подготовка на уровне – “шавуя лехима” (неделя имитации бовых действий), пробежки 5 км с полной выкладкой и т.д.
У нас такое звучит дико, кроме того у нас много полнейших мудаков, с которыми не то что в разведку, в магазин не пошел бы вместе.
Тех, серьезных и в Ливан посылали во время войны вместе со срочниками – бригада “Александрони”, например.

В предпослений день – отрабатывали обстрел патрульного джипа (Хаммер). Водителя не было поэтому садились, выскакивали, обнаруживали врага и атаковали. Как в Цахале положено – первый раз всухую, потом повтор с боевыми патронами.

Потом обстрел опорного пункта – тот же принцип.

В последний день – уроки – радио, перва помощь, О Хамасе и Газе, результаты расследования похищения Гилада Шалита.

Хамас – уже не банды. Бригады, Батальоны, роты, взвода. Со своей специализацией – взрывники, снайпера, противотанковые.
Регулярные выходы (чеерз Египет) мэна курсы зарубеж.

Получили новые ракеты – как у Хизболлы (Корнет, Фагот).

Сейчас перемирие, т.е. стрелять в них нельзя, если они в тебя не стреляют. Военные чины дали понять, что решением о перемирии очень не довольны.

Копают туннели – наши точно знают что есть 2 на этапе завершшения – где не знают. Обнаруживать не умеют.

Похищение Гилада Шалита – туннель 700 метров, 15 метров глобина. Чтобе не видели вынимаемую землю посторили рядом с входом теплицу.

Атака в трех местах одновременно. Перед этим отвлекающие атаки – короче операция высочайшего уровня.

Потом поехали на “кав” (т.е. на место службы).

Весь батальон на границе Газы (самый юг), только наша рота на границе с Египтом (там где вплотную к Газе).

Вдоль всей границы башни с очень мощными приборами инфракрасного видения, радары и просто видеокамеры с диким увеличением. На базе сидят девки, которые этими камерами управляют, днем и ночью в них смотрят и если видят что то подозрительноя сообщают силам на границе (нам).

На нашем участке забор на границе как с Газой – сообщает о прикосновениях. Потом идет просто забор, потом участок границы без забора.

Опасаются, что террористы, которые не могут попасть в Израиль через забор Газы перейдут в Египет, а оттуда через наш участок границы в Израиль.
Пока лезут контранбандисты и суданцы.

Контрабандисты – бедуины с обеих сторон границы. У них приборы ночного видения и рации настроенные на нашу волну. Поэтому когда есть “обнаружение”, мы переходим на мобильники чтобы их не спугнуть. Если они убегают от нас мы не имеем права стрелять. Если есть у них оружие, но нам они не угрожают – максимум стрельба по ногам, но и этого лучше не делать – если случайно убьеь контрабандиста бедуина гражданина Израиля – посадят.
Их ловят очень редко.
Везут они наркотики, иногда оружие или проституток.

Суданцы – бегут от гражданской войны. Ловят их десятками в месяц. Пойматыь их просто – они не убегают. Что с ними делать в Израиле не знают.

Некоторые читатели спрашивали не выдаю ли я военные тайн.

Нет, не выдаю.
Все имена баз, количества дней и названия спиртных напитков изменены.

До отпуска я был на мини базе на 4 человека.контейнер в котором 4 2х этажных кровати , холодильник с шкаф с продуктами, бетонная вышка, химические туалеты, все это за бетонным забором и колючей проволокой. 5 на 5 метров. “наша” в 500 метрах от основной базы, и в 50 метрах от границы. Еще одна такая же база на 4 человек на другом конце “нашего” участка границы. В башню выходит пульт забора – лампочки которые сигнализируют прикосновение к забору или перерезание проволок на заборе.

Таким забором оборудована маленькая часть границы – та, что ближе к Газе. Потом идет участок с обычным (не сигнализирующим) забором, потом вообще – никакого забора.
Еще в вышке пульт управления инфракрасной камерой (она на крыше) и экран этой камеры. Днем на посту 1 человек, ночью 2 – т.е. в среднем 15 часво в день отдыхаешь.
Питание от генератора с соляркой, душа нет. Еду привозят такую что можно готовить в тостер овен. Завозят туда 4 человек на 3-4 дня, потом меняют. Сидишь себе в вышке, смотришь в бинокль днем или в экран камерыночью (или читаешь книжку), сообщаешь по рации если пульт забора что то показывает.
На заборе уйма ложных срабатываний – звери, ветер, поломки. На каждое выезжает джип, проверятеконтрольно следовую полосу. Иногда если какой то участок забора сломался – пищит всю ночь, пока утром не починят.
Такой же забор в Газе (вернее опоясывает Газу).
На инфракрасной камере ночью видны животные – зайцы, лисы, кто то поменьше, птицы и египетские полицейские. Несчастные, в дождь и ветер стоят на посту без укрытий и вышек. Спят в кустах и жгут костры.
Ночью один должен смотреть в камеру, другой его охранять (смотреть наружу). Реально конечьно стоят трепятся.

Перед отпуском я успел еще постоять на вышке на основной базе и сделать один раз патрулирование на джипе.

Приехал с отпуска. Тут же сообщение по рации- перевернулся джип с зам ком роты – 3 раненых.
Послали меня опять на ту же мини базу.
В этот раз попал с правильными людьми. Есть такие люди – сразу умеют навести порядок. Они отгородили часть базы брезентом и вынесли туда все продукты и тостеры (их 2 – для масного и для молочного). Они выдраили жилой контейнер. Они привезли мясо и водку.
2 вечера жарили мясо и пили водку с РедБулем (чистую только я пил). Приезжала к нам “элита” роты – старики – ротный старшина, его заместитель. Офицеры об этом, понятно, не знали.
За камерой в это время, понятно, особо никто не следил.

Потом опять же сними я попал в патруль на джипе (большую часть времени сидели на одном месте грелись, у костра).

Приезжал комбат. Спрашивал как дела. Народ в это время играл в карты на деньги – но спрятать успели. Рассказал как весело у других рот батальона, которые на границе с Газой – обстрелы и взрывные устройства на заборе. Сожгли джип. Один из солдат запускал осветительную ракету и не туда запустил. Отделались легкими ожегами, но бронированный джип с рацией, оружием и т.д. – тютю.

Потом забрали меня с этой базы и я попал 2 раза в засады – ночью на 4 часа садились в районе забора в котором больше всего проходов контрабандистов, брали с собой приборы ночного видения и сидели в кустах.
Никого не поймали.

Вообще шанс поймать контрабандистов – никакой.
Приезжает машина с израильской стороны, кто то переходит забор и дает им товар, машина через 1 минуту на трассе. Должна быть редкая удача чтобы патрульный джип оказался рядом или девочки на камерах засекли машину заранее. Да и тогда мало что можно сделать – стрелять по ним нельзя (израильские граждане все таки – такие правила).

Суданцев ловят по 10 в неделю.
Что с ними делать не знают. Отдают работать строительным подрядчикам, просто выпускают из машины в Беер Шеве. Однажды они полтора часа ходили после перехода границы искали кому бы сдаться, пока их заметили.

Потом был последний ночьной патруль на джипе (дождь, ужасный ветер и молодой офицер который периодически выгонял нас из джипа – проверить забор).
Перед последним патрулем было часов 15 отдыха – выдул с мужиком бутылку виски и потом поехали ужинать в мясной ресторан в 20 мин от базы.

Все.

Но есть еще много что рассказать непосвященным вообще о резервистской службе.

Вы понимаете – приходит из дому народ. Разные профессии, возрасты, характеры. Религиозные и светские. Те, кто хочет закосить – косят. Приходят те, кто хотят или считают нужным. Этих людей нельзя заставить что то делать. На срочной службе можно наказатьм на работе уволить – а тут – НИКАК. Поэтому офицер, который дает приказ мыть туалеты или идти на пост в “плохое” время должен иметь авторитет, харзиму, командный голос и т.д. Иначе его просто пошлют в жопу. Впрочем и так иногда посылают.
Кроме того офицеру надо понимать где идти на поводу у солдат, а где требовать. Если все делать по правилам (охрана, подготовка, посты), то людям будет тяжело и в следующий раз закосят. Если идти у людей на поводу, то первый же террорист всех возьмет спящими. Исскуство офицера в милуиме идти по тонкой границе между этими вещами.

Почему я хожу в милуим? Патриотизм? Наверное.
Но еще то, что стыдно косить.
Но еще то, что чаще всго ю сплю там больше чем дома.

Но самое главное – я там отдыхаю от ответственности. Дома, на работе у меня уйма дел. То не забыть, это сделать. Списки дел, страх что то забыть, люди которые от меня зависят.
В милуиме я никто. Меня кормят, поят , дают где спать. Я должен делать свою простую работу и все. Никаких списков дел. Дел нет. Вообще.
Вот что для меня важно там.

Ну и пофотографировать, конечно 🙂

Leave a Reply

Your email address will not be published.